«Историки» без истории (реплика)

«Историки» без истории (реплика)

 

Одна из «биографий» А.В.Хрулева, гуляющая по Сети

В течение нескольких лет читаем в разных источниках фразу из приводимых в них «биографий» Андрея Васильевича Хрулева: «Причастен к чисткам высшего комсостава в центральном аппарате РККА в 1937-39, в то же время в 1938 по инициативе Л.З.Мехлиса рассматривался вопрос о его аресте, но был спасен Е.А.Щаденко.» И каждый раз невольно возникает  вопрос — откуда «дровишки»?

Вначале эта фраза, появившись где-то лет 10-15 назад, кочевала по сети «в свободном плавании», переливаясь с одного сайта в другой. Но в конце концов, показав свою убойную силу, она «пробилась» не куда-нибудь, а в… Центральный музей Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. на Поклонной горе, в раздел экспозиции «Вставай, страна огромная», приклеившись к витрине «Организация обороны страны в начальный период войны» (Витрина №8). Так и есть, все желающие могут проверить на сайте музея — который не нашел ничего лучше, как указать в тексте этой экспозиции именно такую характеристику Андрея Васильевича: «Причастен к чисткам высшего комсостава в центральном аппарате РККА в 1937-39…»

Что значит «Причастен к чисткам»? Понятно что — значит, писал доносы. А вот и портфельчик в музее на Поклонной имеется, где он эти доносы и носил. Да, музей на Поклонной горе получил в свое время от семьи фактически бесценную реликвию — портфель А.В.Хрулева. Мало того, что в его экспозиции нигде не написано, откуда взялся этот портфель, так еще и прилепили такое: «Причастен к чисткам». Можно сказать — использовали портфельчик прямо по назначению. На все 100.

И портфельчик тоже имеется…

В конце концов, мы решили, что это уже что-то совсем за гранью. Почему так решили? Потому что в этой фразе — полное непонимание отечественной истории вообще и такого позорного и трагического явления в ней, которое называется «сталинизм», в частности. Для чего не надо даже никому ничего доказывать — достаточно просто прочитать мемуары Андрея Васильевича на сайте.

Итак, кто вообще в 30-е мог быть причастен к этим самым «чисткам» (слово-то какое?), а на самом деле — к репрессиям и расстрелам? Это могли быть лица 3-х категорий:
1) те, кто хотел подсидеть вышестоящего начальника, заняв с помощью доноса его место (часто это удавалось),
2) те, кто попал под подозрение и думал, что с помощью доноса сможет обелить себя (обычно такие топили в том числе и себя),
3) разные «полезные идиоты», писавшие доносы «из любви к искусству», «по убеждению» и т.д.

Можно утверждать на 100%, что Андрей Васильевич не относился ни к одной из указанных категорий. Подсиживать ему было некого — будучи начальником Центрального военно­финансового управления РККА, а затем с 1936 г. — начальником Строительно-квартирного управления Наркомата обороны СССР, он уже занимал в армии высшие хозяйственные посты. И обелять себя ему тоже не было никакой надобности — его непосредственным начальником был маршал К.Е.Ворошилов, который был не просто маршалом, а входил в так называемый «ближний круг» Сталина и полностью «прикрывал» Андрея Васильевича. Кстати, в мемуарах есть этому подтверждение, когда Ворошилов говорит Хрулеву: «Если бы я усомнился, Вас бы не было» — коротко и ясно.

Отсюда также понятно, что никакой Щаденко не мог спасти Андрея Васильевича. Ни от чего. Потопить теоретически мог, что проделывал много раз со многими командирами, но в случае с Андреем Васильевичем ему пришлось бы пойти против товарища Ворошилова, а это уже было опасно. Хотя товарищ Щаденко, занимая должность начальника Управления по командному и начальствующему составу РККА, и был полусумасшедшим мерзавцем, но не до такой степени. Поэтому можно не сомневаться — спасти в случае чего Андрея Васильевича мог только один человек — это маршал Ворошилов. И спас — когда в 1938-м отправил из Москвы в Киев. И в этом суть. И об этом все есть в мемуарах. А про доносы «из убеждения» мы вообще смолчим — это, как говорится, уже к доктору.

Но фраза «Причастен к чисткам высшего комсостава в центральном аппарате РККА в 1937-39, в то же время в 1938 по инициативе Л.З.Мехлиса рассматривался вопрос о его аресте, но был спасен Е.А.Щаденко» с «легкой руки» Музея на Поклонной горе пошла гулять дальше. Ее подхватили так называемые «историки» — некие граждане без образования, но тем не менее, в отсутствие профессионалов, считающие себя большими знатоками отечественной истории.

Так, некий журналист К.А.Залесский, автор многочисленных книг, видимо, крупный специалист в истории, вторит музею — да-да, был «причастен». Но еще дальше пошли журналисты из «Эха Москвы», большие любители «жареного». В январе 2016 года бывший учитель истории, видимо, сам крупный «историк» и радиоведущий А.Бунтман позвал на программу «Не так» некоего господина Алексея Кузнецова, разумеется, тоже называющего себя историком. И этот «историк» поведал радиослушателям совершенно уникальные «тайны сталинского двора»…

Оказывается, все было совсем «не так» — маршал Егоров, оказывается, не писал никаких доносов на своих товарищей-маршалов Тухачевского, Блюхера, Якира, Уборевича, не требовал в Главной военной прокуратуре очных ставок с ними, а на этих очных ставках не «топил» их со всей пролетарской ненавистью, не писал Сталину доносы на Ворошилова (за что фактически и поплатился), а был милейшей души маршалом Егоровым, «белым и пушистым». И «завалили» его «ни за что ни про что» два его самых закадычных друга — главный кадровик РККА Щаденко и главный финансист РККА Хрулев. Как завалили? Очень просто — побывав в 1937-м вместе с маршалом Егоровым в одном из санаториев в Подмосковье, они написали на маршала доносы. Якобы. Причем доносов было не один, а целых два — все они, тоже якобы, хорошо известны и, как утверждает «историк», легко находятся в Интернете.

Не будем обращать внимание на разные исторические несуразности и придираться к словам («историк», легко жонглируя должностями, званиями и фамилиями, оказался не в курсе, что А.В.Хрулев в 1937 году уже год как не был главным финансистом, а занимал совсем другую должность), сосредоточимся на «доносах». Повествуя о перипетиях судьбы высокопоставленных «доносчиков», «историк» с чувством глубокого удовлетворения от выполненного перед потомками долга даже процитировал «донос номер раз», но он почему-то оказался не «доносом» Щаденко, а «доносом» некоего Г.В.Жукова, который почему-то написал про то, что маршал Егоров делал в 1918 году, не упомянув про 1937-й. А процитировать «донос» А.В.Хрулева «историк», конечно же, вообще позабыл — зачем, если и так про этот «донос» все знают?

Хорошо, так кому же, якобы, написали доносы два высших военначальника — Щаденко и Хрулев? Неужели Наркому внутренних дел самому Николай Иванычу Ежову? А может, уже и Лаврентий Палыч Берия к этому моменту подтянулся? А вдруг еще какому «заплечных дел» товарищу накропали — а что, если тому самому приснопамятному Льву Захарычу Мехлису, начальнику Главного политуправления РККА?

Ничего подобного — оказывается, согласно «историку», доносы были написаны… Наркому обороны маршалу Ворошилову. Ба-а-а, подчиненные написали непосредственному начальнику… донос? То есть, это что — обычный доклад, служебный документ, которые они по Уставу обязаны докладывать или предоставлять командиру в устном или письменном виде, плавно превратился в «донос»? Теперь что — любая бумага от подчиненного вышестоящему и непосредственному начальнику называется доносом? А как тогда вообще отличить «донос» от служебной записки? А-а, конечно — «историк» же знает. Ай да «историк», ай да сукин сын — как лихо завернул, а?!

Ну, хорошо — донос так донос. Но интересно — а товарищ Ворошилов куда эти доносы отправил? Не иначе как сам побежал к товарищу Ежову? Или прямо к «самому» пошел — дверь ногой открывать? Руки же заняты? Ничего подобного — товарищ Ворошилов, оказывается, никуда не пошел. Почему мы так уверены? А вот почему.

И где же донос?

По элементарной логике, после ареста маршала Егорова его должны были допрашивать. И в том числе — по сути этих доносов. И обязательно на допросах должны были фигурировать имена «доносчиков» — Щаденко и Хрулева. Но вот есть некая незадача в такой стройной «исторической» истории от наших «историков». Не можем ничего сказать насчет Щаденко, а вот по А.В.Хрулеву достоверно известно (см. совершенно официальный документик) — в архивном уголовном деле маршала Егорова ни единого упоминания имени А.В.Хрулева не оказалось…

Вот так раз… Как же так? «Историки» же точно знают… Но нет ни доноса, ни даже просто имени в деле. То есть, в деле маршала Егорова имен — десятки, многие потом были расстреляны, а А.В.Хрулев не упоминается вообще. Почему? Наверное, кто-то под покровом ночи пробрался в архив НКВД-КГБ и вырвал листы из дела? Ой ли. На самом деле все гораздо проще — не существует никакого «доноса», потому что не было. Иначе бы имя А.В.Хрулева обязательно фигурировало в деле. Значит, все эти «историки» перепевают собственные фантазии, сплетни и домыслы, никак не подкрепленные документами и фактами. Но зато как все красиво смотрится! Если бы не одно «но» — их досужая болтовня попахивает клеветой. Потому что они не просто порочат имя выдающегося государственного и военного деятеля (семья которого, ничего, переживет) — своей клеветой эти «историки» прямо говорят ведущей военно-научной организации России, Военной Академии материально-технического обеспечения им. генерала армии А.В.Хрулева, что она носит имя… доносчика.

Зачем «историкам» все это вранье — непонятно. Чем им лично насолил генерал армии Андрей Васильевич Хрулев — неизвестно. Какие им от этого девиденты капают — тоже. Но мы уверены — их клевета как раз подойдет для разбирательства на «Комиссии по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России». Зря, что-ли, эту комиссию создавали?

Нет комментариев

Оставить комментарий

* Обращаем Ваше внимание на то, что комментарии, опубликованные после предварительной модерации, будут видны всем пользователям.